Статья посвящена проблеме неэквивалентного обмена в современной мировой экономике, а также роли и места России в центро-периферических отношениях на постсоветском пространстве. Автор опирается на подход школы новой интерпретации трудовой теории стоимости, а также идеи структурализма и традицию мир-системного анализа. Гипотеза статьи заключается в том, что российская экономика, оставаясь центром постсоветского мира, выстаивает неэквивалентные отношения с соседями, реализуя преимущества в распределении и потреблении стоимости через канал абсолютной ренты. Вместе с этим российская экономика остается периферией для индустриально развитых стран Западной Европы, передавая в их пользу значительную часть стоимости, созданную трудом российских работников. Цель исследования заключается в том, чтобы оценить и сопоставить масштабы общих потерь и регионального приобретения стоимости российской экономикой в постсоветский период. Автором использованы данные The Eora Global Supply Chain Database, а также индекс отклонения обменного курса ERDI, основанный на принципе паритета покупательной способности. Полученные оценки подтверждают гипотезу о двойственном характере экономики России и ее полупериферийной роли в современном мире. Расчеты также доказывают усиление асимметрии между потерями и приобретениями России в отношениях неэквивалентного обмена и свидетельствуют об усилении ее чисто периферийных черт. В работе сделан вывод о риске усиления отсталости экономики России и других периферийных стран, оказавшихся под давлением протекционистской политики экономик центра.

The paper looks at unequal exchange in today’s world economy. It also examines how Russia fits into center-periphery ties across the post-Soviet area. The author relies on several frameworks. These include the “New Interpretation” of the labor theory of value. Structuralist thinking is also used. The work also draws from the world-systems approach. In the paper’s main claim, Russia plays two roles at once. It can be seen as the core in the post-Soviet region. At the same time, it is still shaped as a periphery when compared with Western Europe’s industrial economies. The study argues that Russia keeps lopsided links with nearby states. It also uses advantages tied to rent. Those advantages affect how value is spread and how goods are consumed inside the post-Soviet space. The comparison is made across the post-Soviet period. To do this, the author uses Eora data from the Global Supply Chain Database. The analysis also uses the Exchange Rate Deviation Index, or ERDI. The method follows purchasing power parity ideas. The results support the key hypothesis about Russia’s twofold position. The study finds a dual pattern in the Russian economy. It also describes Russia as semi peripheral in the current world order. The calculations suggest that the gap between losses and gains is getting larger over time. The imbalance grows inside the unequal exchange setup. The author reads this as stronger signs of Russia’s peripheral side. In the end, the paper warns about a risk. Russia could fall deeper into economic lag.