В статье рассматривается концепция технологического суверенитета как одной из ключевых категорий, определяющих стратегии развития государств в условиях напряженной геополитической обстановки и санкционного давления. На основе обзора зарубежных и отечественных теоретических подходов авторы предлагают декомпозицию понятия по пяти содержательным компонентам: обладание критическими технологиями, лидерство в новых технологиях широкого применения, независимость от импорта, независимость в цепочках поставок и динамическая устойчивость. Каждая компонента раскрывается с привлечением страновых примеров (США, Китай, ЕС, Россия) и существующих подходов к ее количественной оценке. Сформулирована авторская двухуровневая архитектура технологического суверенитета: малый контур, образованный обладанием критическими технологиями, независимостью в цепочках поставок и динамической устойчивостью, фиксирует необходимые условия суверенитета как такового; большой контур дополняется независимостью от импорта и лидерством в технологиях широкого применения и описывает абсолютный технологический суверенитет. Для интегральной оценки предложено использовать функцию Леонтьева для абсолютных комплементов, согласно которой итоговое значение определяется минимальной из компонент. На этой основе обоснован практический вывод для промышленной политики: приоритетом государственной поддержки должно выступать развитие критических технологий и отечественных сетей создания стоимости, тогда как курс на широкое импортозамещение и форсированное финансирование собственных технологий широкого применения первостепенными задачами не являются.

This article examines the concept of technological sovereignty as one of the key categories determining state development strategies in the face of geopolitical shocks and sanctions pressure. Based on a review of various theoretical approaches, the authors propose a decomposition of the concept into five components: possession of critical technologies, leadership in new general-purpose technologies, independence from imports, independence in supply chains, and dynamic stability. Each component is described using country examples (USA, China, EU, Russia) and existing approaches to quantitative assessment. The authors compose a two-tiered architecture of technological sovereignty: the minor contour, formed by possession of critical technologies, independence in supply chains, and dynamic stability, captures the necessary conditions for sovereignty; the major contour, complemented by independence from imports and leadership in general-purpose technologies, describes absolute technological sovereignty. For an integrated assessment, the authors propose to use the Leontief function for absolute complements, according to which the final value is determined by the minimum of the components. This leads to a practical conclusion for industrial policy: the development of critical technologies and domestic value chains should be the priority for state support, while broad import substitution and accelerated financing of domestic general-purpose technologies are not primary objectives.